Когда после смерти исследовали мозг пожилых людей, обнаружилась странность: у части людей без признаков деменции при жизни были обнаружены многочисленные амилоидные бляшки и клубки, то есть признаки болезни Альцгеймера. А у других людей с меньшими изменениями симптомы были тяжёлыми. Связь между повреждением мозга и проявлениями оказалась неполной.
Первые наблюдения
Роберт Каценман и коллеги в 1988 году в Annals of Neurology сообщили, что у людей, умерших с признаками Альцгеймера, но без деменции, мозг оказался тяжелее, а нейронов в коре больше. В знаменитом «исследовании монахинь» Дэвида Сноудона в США некоторые участницы имели выраженные изменения в мозге при сохранных мышлении и памяти до самой смерти. Это привело к идее резерва.
Два вида резерва
Яков Стерн в 2002 году описал понятия:
- Мозговой резерв (пассивный). Анатомические «запасы»: размер мозга, число нейронов и синапсов. Чем их больше, тем больше повреждения нужно, чтобы нарушить функцию.
- Когнитивный резерв (активный). Способность мозга справляться с повреждением, используя более эффективные или альтернативные сети и стратегии. Это как умение объехать пробку, зная несколько маршрутов.
Что формирует резерв
Как приближения (прокси) используют образование, сложность профессии, интеллект в детстве, богатую социальную и досуговую активность, билингвизм (см. «Двуязычие в развитии»). Исследования обнаруживают, что при большем резерве клинические симптомы деменции появляются позже при той же степени повреждения. Томографические работы показывают, что у таких людей другая картина активности: они используют более эффективные сети, а при нагрузке привлекают дополнительные.
Метаанализы и дискуссия
Обзоры когортных исследований показывают, что более высокое образование и более сложная работа связаны с меньшим риском деменции. Но возникают вопросы:
- Обратная причинность и третьи факторы. Люди с более высоким интеллектом смолоду получают больше образования и работают на сложных должностях; к тому же с лучшим здоровьем и достатком. Отделить влияние резерва трудно.
- Скорость снижения. Стерн отмечает, что при высоком резерве диагноз ставят позже, но когда симптомы появляются, патология уже сильнее, а снижение может идти быстрее. Это «компрессия» болезни, а не отмена.
- Неясность механизмов. Что именно в образовании и работе создаёт резерв: знания, навыки, эффективность нейронных сетей?
Что известно о вмешательствах
Резерв создаётся накопительно, в течение всей жизни. В большом испытании тренировочных программ у пожилых (ACTIVE) улучшались тренируемые навыки, а у группы, тренировавшей скорость обработки, через десять лет реже диагностировали деменцию (Эдвардс и коллеги, 2017); результат нуждается в подтверждении, и надёжным способом профилактики такие тренировки пока не считаются. Для профилактики лучше всего подтверждены другие меры: контроль давления, физическая активность, отказ от курения, лечение потери слуха (см. «Мозг и старение»).
Что взять на практике
- Образование, интеллектуально насыщенная работа и сложные увлечения в разные годы создают запас прочности, но не «страховку».
- Начинать никогда не поздно: учебные занятия, новые навыки, языки.
- Резерв не отменяет профилактики. Здоровый образ жизни важнее «мозговых упражнений».
- Не стоит ждать чуда: идея резерва объясняет различия между людьми, но не даёт гарантий для отдельного человека.