Классическое представление: хорошие решения принимает холодный рассудок, а эмоции мешают. Антонио Дамасио, нейробиолог, опирался на странных пациентов, чтобы показать обратное: без эмоций рассудок не справляется.

Пациент Эллиот

В 1980-х Дамасио и Пол Эслингер описали пациента, которого называли Эллиот. После удаления опухоли, затронувшей вентромедиальную префронтальную кору, он по тестам сохранил интеллект, память, речь. Но в жизни рушилось всё: он часами раздумывал над мелочами (каким карандашом писать), не мог планировать день, потерял работу, вложился в сомнительное предприятие и разорился. При этом он рассказывал о своих несчастьях без чувства, словно о чужих. Подобную картину ранее описывали у Финеаса Гейджа, железнодорожного рабочего, пострадавшего в 1848 году. Вывод Дамасио (книга «Ошибка Декарта», 1994): мозг пациента потерял способность связывать мысли о последствиях с эмоциональными сигналами, подсказывающими, что выбрать.

Гипотеза соматических маркеров

Идея: опыт оставляет «следы», и при обдумывании выбора мозг запускает слабую телесную реакцию («соматический маркер»): лёгкое «нехорошо» при мысли о плохом варианте или «неплохо» о хорошем. Такие сигналы быстро отсекают плохие варианты и сужают поиск. Без них человек вынужден взвешивать всё логически, что слишком долго (см. «Принятие решений» и «Двухсистемная теория мышления»).

Игровой тест Айовы

Антуан Бечара, Дамасио и коллеги в 1994 году разработали задачу: человек берёт карты из четырёх колод и выигрывает или проигрывает деньги. Две колоды «плохие»: большие выигрыши, но ещё большие потери, в сумме убыток. Две «хорошие»: малые выигрыши, малые потери, в сумме прибыль. Правила не сообщают. Здоровые участники постепенно переходят на хорошие колоды. Пациенты с повреждением вентромедиальной коры продолжают выбирать плохие, хотя знают, что остаются в минусе. В 1997 году Бечара и коллеги измеряли кожно-гальваническую реакцию: у здоровых людей перед рискованным выбором появлялась реакция тревоги ещё до того, как они могли объяснить, какие колоды плохие. У пациентов её не было. Это использовали как довод в пользу «телесных подсказок».

Критика

  • Тони Майя и Джеймс Макклелланд (2004) показали, что при тщательном опросе большинство здоровых участников ещё до «чувствования» могли назвать колоды как хорошие и плохие: знание осознанное, а не только телесное.
  • Результаты теста не всегда повторяются, на них влияют детали процедуры.
  • Область поражения у пациентов различается, а кожно-гальваническая реакция измеряет общее возбуждение, а не конкретный «маркер».
  • Неясно, предсказывает ли тест реальные решения.

Что можно сказать твёрдо

  1. Эмоции входят в процесс принятия решений, а не только мешают ему: пациенты без эмоциональной оценки принимают плохие решения.
  2. Детали механизма остаются спорными: «соматические маркеры» гипотеза, а не доказанный факт.
  3. Сильные эмоции могут и вредить: гнев, страх и тревога искажают оценку риска (см. «Восприятие риска»).

Практическое

  • Прислушивайтесь к чувству «что-то не так», но проверяйте его фактами.
  • В важных решениях дайте себе время: эмоции стихают, и картина становится яснее.
  • Называйте эмоцию вслух: это снижает её влияние на выбор.