Вы знаете, что верблюд — животное с горбом, живёт в пустыне, питается колючками, может долго обходиться без воды. Вы, вероятно, не помните, когда и где узнали каждый из этих фактов. Такое знание о мире, отделённое от личных событий, называют семантической памятью. Эндел Тулвинг в 1972 году противопоставил её эпизодической памяти (воспоминаниям о конкретных событиях).
Сетевая модель
Аллан Коллинз и Росс Куиллиан (1969) предложили схему: понятия хранятся как узлы иерархической сети. «Канарейка» связана с «птицей», «птица» с «животным». Свойства хранятся на самом общем уровне: «имеет крылья» у «птицы», «дышит» у «животного». Предсказание: время, нужное для проверки утверждения, растёт с числом шагов по сети. «Канарейка — птица» проверяется быстрее, чем «канарейка — животное». Это подтверждалось только отчасти: быстрее проверяются типичные примеры независимо от шагов. Коллинз и Элизабет Лофтус в 1975 году модифицировали модель: связи имеют разную силу, а активация узла распространяется на соседние. Это объясняет прайминг (см. «Прайминг»): слово «врач» активирует «медсестру».
Распределённое знание
В современных моделях понятие не лежит в одном узле, а возникает как узор активности в сети, охватывающей зоны, обрабатывающие форму, цвет, звук, действие. Знание о молотке включает его вид, вес, звук удара и движение руки. Опыты показывают, что при чтении слов, связанных с движением («схватить», «пнуть»), активируются двигательные зоны, соответствующие руке и ноге. Это основа идеи «воплощённого» познания.
Центр смысла
Карен Паттерсон, Питер Нестор и Тимоти Роджерс в обзоре 2007 года предложили модель «центр и лучи». Лучи — области, хранящие модальные свойства (зрительные, слуховые, двигательные). Центр, находящийся в переднем полюсе височных долей, объединяет их в понятие и позволяет обобщать: понимать, что похожие на вид вещи не обязательно одинаковы по смыслу, а непохожие могут быть одного рода. Ключевым свидетельством служит семантическая деменция: при атрофии передних отделов височных долей человек постепенно теряет смысл слов и предметов. Он не может сказать, что такое «ёж», узнать на картинке чайник, при этом нормально видит, слышит и двигается (см. «Синдромы височных долей»).
Избирательные потери
Элизабет Уоррингтон и Тим Шаллис (1984) описали пациентов, у которых после энцефалита хуже сохранились знания о живых существах и еде, чем о предметах. Бывают и обратные случаи. Одно объяснение: живое мы различаем в основном по внешним признакам, предметы по назначению, и разные системы страдают по-разному. Другие говорят об особой организации понятий по категориям. Спор остаётся открытым.
Для обучения
- Знания запоминаются лучше, когда связаны с уже известным: стройте сети, а не списки.
- Разные формы подачи (текст, схема, действие) создают больше путей к понятию.
- Сравнение примеров помогает выделить общее и сформировать абстрактное понятие.